Кейсы

Льготы для IT-компании

Фабула:

Главная статья доходов клиента – предоставление прав на ПО. Такое ПО он передавал своим контрагентам по договорам возмездного оказания услуг. Услуги заключались в техническом обслуживании ПО.

Клиент был уверен, что в данной ситуации он освобожден от уплаты НДС согласно п. 26, п. 2 ст. 149 НК РФ.

Однако исходя из указанной статьи, а также ст. 1235 Гражданского кодекса, договоры, по которым одновременно передается ПО и оказываются какие-либо услуги (смешанные договоры) – не освобождают IT-компании от уплаты НДС.

Результат:
Клиент избежал доначисления НДС на 58 млн. руб.
Наши действия:
Мы разделили все подписанные клиентом договоры: оказание услуг – отдельно, предоставление ПО – отдельно. Для этого наши юристы разработали нужные формы документов и помогли клиенту «переоформить» отношения со своими контрагентами.

Налоговый аудит для IT-компании

Фабула:

Клиент поручил нам провести налоговый аудит его IT-компании в связи с заменой бухгалтера. Компания предоставляла в пользование ПО и по отдельным договорам оказывала услуги по его техническому обслуживанию. Бухгалтерская отчетность показала, что клиент поставил на баланс 5 нематериальных активов в виде ПО. В штате клиента было только 2 разработчика.

Понимая цикл и примерные трудозатраты на создание одного такого ПО, мы решили, что количества сотрудников явно недостаточно. Тем более, помимо разработки, они еще должны были оказывать техническую поддержку.

Оказалось, что существенная часть текущих расходов компании шла на оплату услуг 26 индивидуальных предпринимателей. Мы изучили договоры на оказание услуг с ИП и выяснили, что по фактическому содержанию они больше похожи на трудовые договоры.

Далее мы обнаружили, что ИП работают только с нашим клиентом. Даже отчетность за них сдает главный бухгалтер IT-компании клиента. Наши юристы сделали вывод, что при проведении проверки налоговый орган может переквалифицировать договоры с ИП, то есть признать их по факту трудовыми на основании пп. 3 п. 2 ст. 45 Налогового кодекса РФ.

Такая переквалификация в данной ситуации означает, что клиенту доначислят НДФЛ и страховые взносы, которые IT-компания должна была оплачивать и удерживать с работников. Клиент в этом случае является налоговым агентом по отношению к своим работникам (ИП).

Возможные убытки клиента от переквалификации составляли около 15 миллионов рублей.

Результат:
Устранены риски привлечения клиента к налоговой ответственности.
Наши действия:
Мы подготовили для клиента юридическое заключение и объяснили возможные последствия. Он отказался от схемы работы через ИП. Мы помогли оформить работников в штат компании.

Юридическое сопровождение ICO

Фабула:
К нам обратилось несколько стартапов, которые просили дать комплексную юридическую оценку проектов, выбрать подходящую для бизнеса юрисдикцию и подготовить полный комплект документов. Общая предполагаемая сумма инвестиций в проекты составляла более 100 миллионов долларов.
Результат:
Минимизация имеющихся рисков клиентов.
Наши действия:
Нами были подготовлены:
  • Юридическое заключение с анализом более чем 25 юрисдикций относительно возможных рисков реализации проекта;
  • Юридическое заключение на английском языке по вопросам правового регулирования деятельности ICO и бизнес деятельности клиентов;
  • Юридическое заключение по юридической квалификация проектов в выбранных юрисдикциях;
  • KYC \ AML политики, SPA, SAFT;
  • Отчеты по итогам общения с финансовыми органами выбранных европейских юрисдикций.
По результатам полученной информации клиентами была выработана стратегия дальнейшего развития своих продуктов и пересмотрен ряд неудачных решений. Имеющиеся риски были минимизированы.

Защита деловой репутации владельца крупного бизнеса

Фабула:
К нам обратился акционер крупной производственной компании относительно публикации в сети Интернет информации, порочащей его честь, достоинство и деловую репутацию. Клиент просил убрать информацию любыми способами – самого сайта или из результатов поисковой выдачи, по возможности, в досудебном порядке.
Результат:
Успешная защита интересов клиента и блокировка спорной информации.
Наши действия:

Мы проработали все возможные способы оперативного решения проблемы. В том числе, на досудебной стадии направили письма администратору сайта, а также поисковым системам Google и Yandex в порядке ст. 152 ГК РФ и ст. 10.3 Федерального закона «Об информации».

Разрешение вопроса на досудебной стадии было осложнено тем, что страница была заброшена. Не представлялось возможным выйти на связь ни с автором публикации, ни администратором сайта.

Кроме того, поисковые сервисы отказывались каким-либо образом содействовать в разрешении ситуации без доказательств того, что информация не соответствует действительности.

Было принято решение обращаться в суд с заявлением в порядке главы 27 АПК РФ об установлении фактов, имеющих юридическое значение, а именно, признать информацию несооветствующей действительности. А уже после получения решения суда, обращаться к поисковикам с повторным заявлением и приложением решения суда.

Доказывание существенных для дела обстоятельств было осложнено тем, что порочащая информация имела очень спорный характер и ее можно было трактовать двояко, как относимую или не относимую к конкретному лицу.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований, поскольку информация не относилась прямо или косвенно к заявителю (даже несмотря на положительный результат лингвистического исследования). Однако суд апелляционной инстанции удалось убедить в правильности нашей первоначальной позиции и выводов заключения эксперта-лингвиста.

Спор о взыскании авторского вознаграждения

Фабула:
К нам за помощью обратился композитор, написавший музыкальные композиции для многосерийного фильма, созданного для федерального ТВ канала. Продюсерская компания (ответчик) которая занималась производством указанного фильма, решила в одностороннем порядке отказаться от услуг композитора и при этом использовала созданные им музыкальные композиции без выплаты вознаграждения. Перед нами была поставлена задача обратиться в суд и взыскать сумму авторского вознаграждения композитора за созданные им музыкальные композиции.
Результат:
В пользу клиента взыскано более 25 млн. руб. вознаграждения.
Позиция истца:
Ответчик отказался добровольно в досудебном порядке выплатить вознаграждение композитору ссылаясь на то, что композитором были нарушены сроки создания музыкальных композиций, а также указанные композиции не были переданы Ответчику.
Наши действия:
Основная сложность при подготовке данного дела заключалась в том, что Ответчик, пользуясь юридической безграмотностью композитора и его доверчивостью пытался присвоить созданные композитором музыкальные композиции и отказать ему в выплате авторского вознаграждения, убеждая нашего клиента в том, что музыкальные композиции достаточно передать без подписания каких-либо подтверждающих документов. Несмотря на это, нам удалось доказать в суде, что композитором были созданы музыкальные композиции для фильма, качество которых в полной мере устраивало Ответчика, что музыкальные композиции своевременно были переданы Ответчику, а Ответчик в свою очередь избегал письменного оформления факта передачи музыкальных композиций и необоснованно отказал композитору в выплате авторского вознаграждения. По итогам, судом было принято решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. В последующем, выводы суда первой инстанции являлись предметом рассмотрения судами апелляционной и кассационной инстанции. В обоих случаях вышестоящие суды признали правильность и законность решения суда первой инстанции.

Проект IT-компании

Фабула:
К нам за помощью обратилась крупная IT-компания, желающая ввести в коммерческий оборот разработанный ею сервис по классификации документов и автоматизации документооборота. Подразумевалось, что программное обеспечение будет обрабатывать персональные данные третьих лиц.
Результат:
Успешный ввод в коммерческий оборот нового программного продукта.
Наши действия:
Мы столкнулись с тем, что клиент при разработке сервиса не представлял, каким образом можно организовать его работу, не нарушив законодательства о защите персональных данных, а также имел слабое понимание как можно предоставить данный сервис конечным потребителям. Наша команда начала с подробного изучения технических нюансов и особенностей работы сервиса, что было важно с точки зрения построения юридической модели работы проекта, а также с изучения огромного количества технической документации, описывающей процесс обработки документов. Мы разработали две альтернативные модели реализации сервиса, полностью соответствующие требованиям законодательства о защите прав потребителей, позволяющие продавать сервис конечным потребителям в виде двух самостоятельных продуктов, в зависимости от желаний и предпочтений потребителя. Помимо этого, нами был разработан весь необходимый комплект документов, состоящий из шаблонов договоров, всевозможных положений и инструкций, а также пользовательских соглашений. Также по просьбе клиента нами были осуществлены действия, направленные на регистрацию программной составляющей данного сервиса в Роспатенте. По результатам нашей работы, клиент в кратчайшие сроки получил готовый продукт, готовый к реализации на территории России.

Спор о нарушении антимонопольного законодательства

Фабула:

К нам обратилась крупная сеть по продаже брендовой оптической продукции в России. В отношении ее филиала на территории Кировской области УФАС была инициирована проверка на предмет нарушения антимонопольного законодательства в части незаконного использования товарного знака одного из ведущих брендов по производству солнцезащитных очков на вывесках указанной сети магазинов.

Перед нами была поставлена задача по защите интересов клиента при осуществляемой УФАС по Кировской области проверке на соответствие действий клиента нормам антимонопольного законодательства.

Результат:
Доказано, что клиент осуществлял деятельность в соответствии с законом
Позиция истца:
Указанная проверка со стороны УФАС была инициирована на основании заявления юридического лица, являющегося прямым конкурентом нашего клиента на территории Кировской области. По мнению заявителя, действия клиента по размещению на вывесках своих магазинов товарного знака из ведущих брендов по производству солнцезащитных очков нарушали положения статьи 14.2 и части 1 статьи 14.6 ФЗ «О защите конкуренции». Таким образом, заявитель считал, что действия клиента по размещению на вывесках своих магазинов указанный товарный знак являлись фактом недобросовестной конкуренции путем введения в заблуждение.
Наши действия:

Основная сложность при разрешении настоящего дела заключалась в наличии противоречивой судебной практики по спорам с органами антимонопольной службы, в большинстве из которых последние признавали недобросовестной конкуренции факт размещении на вывесках магазинов товарных знаков известных брендов.

Несмотря на это, общий анализ ситуации в совокупности с изучением взаимоотношений клиента с владельцем используемого товарного знака позволил выбрать единственно верную стратегию защиты. Нам удалось убедить УФАС по Кировской области в том, что в данном конкретном случае имело место исчерпание права на товарный знак.

В дальнейшем данное решение УФАС по Кировской области было обжаловано заявителем в Арбитражном суде Кировской области и в суде апелляционной инстанции. Оба судебных органа поставили точку в данном деле и подтвердили нашу позицию.

Спор о защите исключительного права на программу для ЭВМ

Фабула:
К нам обратилась крупная IT-компания, желающая защитить свои исключительные права в суде на разработанную ими программу для ЭВМ путем признания недействительной государственной регистрации программы для ЭВМ стороннего юридического лица. Ответчик зарегистрировал в Роспатенте программу для ЭВМ по своему программному коду сходному с программой нашего клиента. Перед нами была поставлена задача через суд признать недействительной государственную регистрацию программы для ЭВМ ответчика.
Результат:
Успешно защищено авторство программы на сумму более 10 млн. руб.
Позиция истца:
Ответчик отказался признать иск и заявил об уникальной природе, разработанной им программы для ЭВМ.
Наши действия:
Основная сложность при решении данного спора заключалась в том, что нам необходимо было подтвердить сразу несколько обстоятельств, которые обычно подтвердить крайне тяжело ввиду частого легкомысленного отношения компаний к надлежащему оформлению перехода исключительных прав на программу для ЭВМ от работника к самой компании, а именно:
  • подтвердить авторство программы сотрудника нашего клиента;
  • подтвердить, что программа ответчика сходна полностью или в части с программой клиента;
  • подтвердить, что программа для ЭВМ клиента была разработана ранее аналогичной программы ответчика.
В ходе длительной работы с внутренней документацией клиента, нами было собрано необходимое число письменных и электронных документов, подтверждающих авторство, а также примерную дату создания программы клиента. Также нами были собраны косвенные доказательства того, что учредитель ответчика долгое время являлся сотрудником компании клиента и имел доступ к программе. Более того, данный сотрудник уволился непосредственно перед тем, как программа ответчика была в спешном порядке зарегистрирована в Роспатенте. Последним аргументом в пользу нашего клиента стал результат экспертизы, подтвердившей, что программа ответчика полностью сходна с программой клиента. Рассмотрев указанные доказательства в совокупности, суд первой инстанции встал на нашу сторону и в полном объеме удовлетворил исковые требования. Суд апелляционной инстанции оставил решение в силе.

Спор о взыскании обеспечительного платежа по договору аренды

Фабула:
Наш клиент попросил взыскать с арендодателя сумму обеспечительного платежа, которую тот неосновательно удерживал после расторжения договора аренды. После безрезультатных переговоров мы обратились в суд.
Результат:
Вопреки сложившейся судебной практике, в пользу клиента взыскано более 1,5 млн. руб.
Позиция истца:
Арендодатель отказывался возвращать арендатору сумму обеспечительного платежа, ссылаясь на наличие в договоре аренды спорного пункта, позволявшего (по его мнению) бесспорно удерживать обеспечительный платеж в случае одностороннего отказа арендатора от договора аренды.
Наши действия:
Основная сложность при решении данного спора заключалось в том, что за несколько лет сложилась судебная практика, которая подтверждает легитимность действий арендодателя в схожих обстоятельствах и со ссылкой на подобный пункт договора. В связи с этим, арендодатель всегда сохранял за собой право на удержание всей суммы обеспечительного платежа по договору аренды. Несмотря на это, суд первой инстанции согласился с нашими доводами о том, что спорный пункт договора применим только к тем случаям, когда арендатор отказывается от договора, не выплатив арендодателю арендные платежи за последующие после отказа от договора аренды два календарных месяца. Однако суд апелляционной инстанции встал на сторону арендодателя, признал решение суда первой инстанции незаконным, отменил его и принял новое решение. Суд посчитал законными действия арендодателя по удержанию суммы обеспечительного платежа. Итогом данного противостояния стало разбирательство в суде кассационной инстанции. По итогам которого, суд встал на нашу сторону и взыскал обеспечительный платеж. Тем самым была изменена устоявшаяся судебная практика по аналогичным спорам.

Спор о взыскании неосновательного обогащения

Фабула:
На нашего клиента, владельца авторскими правами на огромное количество музыкальных композиций, был подан иск от одной из крупнейших в России организаций, осуществляющих коллективное управление авторскими правами. Суть требований – взыскание неосновательного обогащения в размере более 153 миллионов рублей. Перед нами была поставлена задача защитить интересы клиента и добиться отказа истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Результат:
Защищены активы клиента на сумму более 153 млн. руб.
Позиция истца:
Между истцом и клиентом (ответчиком) был заключен договор на управление авторскими правами, согласно которому, истец более четырех лет выплачивал ответчику вознаграждение за использование третьими лицами музыкальных композиций, принадлежащих ответчику. По итогам проведенной истцом внутренней аудиторской проверки, был сделан вывод о том, что все выплаченные ответчику суммы вознаграждения за последние четыре года были осуществлены неосновательно, без подтверждения факта использования третьими лицами указанных музыкальных произведений. В качестве доказательства своей позиции, истцом было предоставлено экспертное заключение, подтверждающее тот факт, что музыкальные композиции не использовались третьими лицами.
Наши действия:
Основная сложность, с которой мы столкнулись при решении данной ситуации заключалась в том, что клиент не располагал данными о статистике использования третьими лицами указанных музыкальных композиций, поскольку обязанность по сбору, анализу и хранению такой статистики по договору были возложены на истца, а истец в свою очередь ссылался на то, что указанные данные были безвозвратно утеряны. Несмотря на это, нам удалось убедить суд в том, что предоставленное истцом экспертное заключение содержало в себе грубые ошибки:
  • В заключении содержался вывод о том, что указанные музыкальные композиции не были размещены в сети «Интернет» и потому не могли быть использованы третьими лицами. При этом, эксперт умолчал о том, что данные музыкальные композиции были размещены в полном объеме на сайте, принадлежащем ответчику.
  • В заключении содержался вывод о непопулярности указанных музыкальных композиций. Данный вывод был сделан на основе некорректного сравнения данных композиций с песнями популярных исполнителей.
Также нами были представлены доказательства того, что музыкальные композиции размещены в сети «Интернет» и постоянно используются третьими лицами, а также имеют огромную популярность. В результате суд оценив доводы сторон принял решение об отказе в удовлетворении иска в полном объеме.
© Гареев, Махно & Касьян 2021|Все права защищены